Со всей системой феодальной эксплуатации в цинском Китае был тесно связан ростовщический капитал. Живший в крайней бедности крестьянин не мог обойтись без обращения к ростовщику, а затем не мог вырваться из его кабалы. Условия, на которых брались ссуды у ростовщиков, были исключительно тяжелыми. За одну меру зерна, взятую в долг, крестьянину через год приходилось обычно выплачивать кредитору две меры. В случае неурожаев, столь частых в условиях Китая, крестьянские хозяйства обрекались на разорение, становились легкой добычей помещиков, сборщиков податей, ростовщиков.

Жесточайший гнет, нищета и забитость крестьянства, консервация в китайской деревне натурального хозяйства обусловливали застойность земледелия, преобладание в нем примитивных орудий.

Не менее тяжелые последствия имело установление пинского режима для городской экономики. Во время маньчжурского нашествия особенно пострадали города. Разрушение многих крупнейших торгово-ремесленных центров привело к гибели зачатков капиталистического производства, которые начали развиваться там к концу периода Мин. Восстановление городской экономики протекало весьма медленными темпами. Постепенно поднимавшиеся из руин города становились не только центрами ремесла и торговли, но и опорными пунктами маньчжурского господства: здесь размещались пинские военные гарнизоны, жили многочисленные чиновники. Жизнь городского населения подчинялась строгому надзору властей. Важным орудием их контроля являлись традиционные «ханы» и земляческие организации, которые приобрели главным образом полицейские и фискальные функции.