Европейский русский альянс

Rurik.se, 09.10.2007.

 

Общественная родительская организация при интернате номер 4 города Москвы (председатель Стэлла Соэ–Плиатска) организовала отдых детей-сирот в Швеции. Организация входит в Союз русских обществ Швеции, который опубликовал два рассказа шведских семей, принимавших детей этим летом.

Рассказ Эммы, Матса и Вероники

 

Мы встретили 15–летнего Александра в Арланде и по дороге домой перебросились всего лишь несколькими словами. Однако он сразу же был очарован нашей 5–летней дочкой Эммой, которая подпевала каждой песне, звучащей по радио, и даже с текстом на английском языке. Александр и Эмма сразу нашли друг друга. Александр постоянно заботился об Эмме. Он держал ее за руку и при переходе улицы был особенно внимательным.

Александр оказался настоящим джентельменом и всегда старался оказать помощь, носил тяжелые пакеты с продуктами. Его никогда не надо было просить о помощи. Мое отношение к нему крепло с каждым днем, так как я больше всего находилась дома вместе с ним и дочкой. Но он никогда не воспринимал меня как маму, скорее как друга, и мне это действительно было по душе. Он всегда ходил со мной на нашу конюшню, он очень любил лошадей. Мы ходили смотреть скачки, и Александру довелось посидеть за упряжкой и управлять лощадью, ему это действительно понравилось.

Матсу приходилось выходить на работу, но, когда он бывал дома, Александр очень любил проводить с ним время. Мы обратили внимание, что постепенно у Александра растет уважение к каждому члену нашей семьи. Он очень уважал Матса, так как тот занимается мужской физической работой - он электрик. Дома они всегда вдвоем что-то делали на участке. Александр очень гордился тем, что ему доверили электропилу, и самостоятельно валил деревья. Вместе они срубили больше 30 стволов. Александр очень внимательно слушал Матса и учился у него.

Кому–то может показаться, что Александр был избалован тем, что мог выбрать сам - помогать или не помогать. Но мы не заставляли его что-то делать, мы считаем, что желание помочь приходит с возможностью выбрать занятие по вкусу. Прежде всего мы заботились о создании для него спокойной и благоприятной обстановки. У него была своя комната, ему позволено было спать по утрам вдоволь, в комнате было ТВ, видео. И первые дни он только прыгал на батуте, играл в бадминтон, плавал в бассейне и играл в футбол.

Александр был очень вежливым и за столом. Он никогда первый не начинал есть, а ждал, когда я ему положу первую порцию. Он ел все, что мы готовили, и пробовал то, что раньше не ел.

Мы поняли, как сильно Александр привязался к нам и открылся нам, только когда прощались в аэропорту Арланда. Все дети стояли вместе и делились впечатлениями о проведенных днях в Швеции. И только Александр стоял вместе со мной и Эммой и не отводил взгляд ни на сантиметр от нас. Я обещала сама себе не плакать при расставании, но большой комок стоял в горле, когда мы обнялись в последний раз и я заметила, что ему трудно отпустить руки.

Потом он обернулся еще раз, и я показала ему знак «большой палец вверх», чтобы он знал, что я имею в виду - «держись, парень, и смотри на жизнь с радостью». Я видела, что он прекрасно понял меня - мы поняли друг друга без слов. Для меня это было доказательством, что мы стали очень близки друг другу. Ему было очень тяжело смириться с тем, что Матс из-за работы не смог проводить его в аэропорт.

Александр - очень мягкий человек с большим сердцем, только это можно понять, лишь когда узнаешь его поближе. Сначала мы думали, что мы ему безразличны, но это совсем не так. Просто он никак не хотел это показать. Но мы точно знаем, что для него и его прекрасной подруги наши двери всегда открыты.

Жизнь также показала, что, несмотря на то, что мы совершенно не знали русского языка, а Александр не говорил на английском, мы разговаривали на общем языке, основанном на уважении, доверии и большой семейной любви.

 

Рассказ Катрин

 

Я встретила его в аэропорту Трольхеттенс. Нежный мальчик с огромными глазами, который сразу же очаровал меня и мою подругу.

Сначала были проблемы с едой: я просила его попробовать только один кусочек, он сказал - окей, я попросила два кусочка, он ответил - пять, я сказала - окей, так прошла первая неделя, потом уже не было никаких проблем с едой.

Этот маленький мальчик действительно нуждался в признании, в том, что он здесь, он есть (в гораздо больше степени, чем все остальные дети, которые были у меня).

Несколько раз в день он повторял «мамин сыночек»; на мой ответ «может быть» он возражал и говорил - «большой–большой мамин сыночек».

На вторую неделю он вдруг начал петь, сидя на диване, очевидно русскую песню - и как он пел, словно оперный певец... жестикулировал обеими руками и глазами... я смеялась, и у меня появились слезы на глазах от удивительного таланта этого маленького мальчика.

Я смеялась и тогда, когда на кухне он нежно гладил кота, приговаривая: «чертов кот». Это заставило меня подумать о моей разговорной речи.

Он очень любил помогать, мне не приходилось его даже просить. Особенно любил ухаживать за животными и делал это очень добросовестно. Обожал кататься на машине.

Самое непонятное было с ним, когда я трижды на него рассердилась - каждый раз он замыкался в себе, уходил в свою комнату и там скатывался в комок и наотрез отказывался говорить, или же плюхался со всей силы на пол. Но понемногу с разговором он отходил и снова становился веселым, снова радостно меня обнимал и целовал.

В нем было много энергии, он совершенно самостоятельно за пять дней научился кататься на велосипеде и потом катался по лесным дорогам все свободное время.

Из-за плохой погоды не пришлось много купаться. Но зато он очень любил бродить по лесу и собирать грибы... чем привел меня в ужас, когда без моего ведома ушел в лес... пришел домой с полуведром лисичек. Я предупредила его, чтобы он без разрешения не уходил, и дала ему свисток, чтобы он мог свистеть, если вдруг заблудится...

Я действительно очень скучаю по нему. Мне бы очень хотелось навсегда оставить у себя этого мальчика...